Книга подробно знакомит читателей с биографией выдающегося петербургского фотографа и дагеротиписта немецкого происхождения на фоне описания истории зарождения светописи в Европе. При этом особое внимание уделяется мастерам, работавшим в Санкт-Петербурге.

Артикул: kit1
Наличие товара: В наличии
1 800 рублей

Описание

 

Книга «Петербургский свет в фотографиях Карла Даутендея» известного петербургского фотографа Александра Китаева, вышедшая в свет в 2016 году, продолжает серию исследований «Фотороссика», посвященную истории фотографии. Эта серия представляет собой авторский проект, она создается Александром Китаевым внеинституционально, практически самостоятельно. Идея издания успешно отражена в подготовленных автором тексте и макете.

 
 
 

Книга подробно знакомит читателей с биографией выдающегося петербургского фотографа и дагеротиписта немецкого происхождения на фоне описания истории зарождения светописи в Европе. При этом особое внимание уделяется мастерам, работавшим в Санкт-Петербурге.

Основой биографических сведений о Карле Даутендее стали недавно обнаруженные записки его соратника и шурина Павла Матвеевича Ольхина и книга воспоминаний, написанная на немецком языке в 1912 году его сыном – Максом Даутендеем, имевшим незаурядный литературный талант.

Книга подробно знакомит читателей с биографией выдающегося петербургского фотографа и дагеротиписта немецкого происхождения на фоне описания истории зарождения светописи в Европе. При этом особое внимание уделяется мастерам, работавшим в Санкт-Петербурге.

Основой биографических сведений о Карле Даутендее стали недавно обнаруженные записки его соратника и шурина Павла Матвеевича Ольхина и книга воспоминаний, написанная на немецком языке в 1912 году его сыном – Максом Даутендеем, имевшим незаурядный литературный талант.

История жизни и творчества Карла Даутендея предстает перед нами как рассказ о приключениях талантливого человека, оптика по первой профессии, посвятившего свою жизнь фотографии. Его судьба описывается легким и лаконичным языком, а особый колорит повествования достигается за счет активного параллельного включения “контекста эпохи”: исторических справок, сведений из периодики и разнообразных высказываний современников.

Впервые читая заметки об истории российской дагеротипии – теме, чрезвычайно популярной у музейных специалистов в последние несколько лет, – не просто погружаешься в череду фактов, понятных только узкому кругу исследователей, но получаешь их интереснейшую интерпретацию от автора, хорошо знакомого и с историческими событиями, и с “магическим таинством запечатления”. Чтение главы за главой невольно увлекает “детективным расследованием”, точным и подробным анализом событий прошлых лет.

Возможно, сила производимого книгой эффекта заключается в том, что работы Карла Даутендея стали в последние годы противоречивым и пока необъяснимым явлением на поле истории отечественной дагеротипии.

История российской фотографии – широкое пространство, пока еще полное белых пятен, и каждое новое исследование открывает новые и новые секреты ландшафта. Каждый выявленный предмет (дагеротип или фотография) способен в корне изменить всю систему сложившихся представлений. И этот увлекательный процесс изучения и ощущения сопричастности к предмету становится образом жизни для многих увлеченных исследователей, к которым бесспорно относится и Александр КитаОсновой биографических сведений о Карле Даутендее стали недавно обнаруженные записки его соратника и шурина Павла Матвеевича Ольхина и книга воспоминаний, написанная на немецком языке в 1912 году его сыном – Максом Даутендеем, имевшим незаурядный литературный талант.

История жизни и творчества Карла Даутендея предстает перед нами как рассказ о приключениях талантливого человека, оптика по первой профессии, посвятившего свою жизнь фотографии. Его судьба описывается легким и лаконичным языком, а особый колорит повествования достигается за счет активного параллельного включения “контекста эпохи”: исторических справок, сведений из периодики и разнообразных высказываний современников.

Впервые читая заметки об истории российской дагеротипии – теме, чрезвычайно популярной у музейных специалистов в последние несколько лет, – не просто погружаешься в череду фактов, понятных только узкому кругу исследователей, но получаешь их интереснейшую интерпретацию от автора, хорошо знакомого и с историческими событиями, и с “магическим таинством запечатления”. Чтение главы за главой невольно увлекает “детективным расследованием”, точным и подробным анализом событий прошлых лет.

Возможно, сила производимого книгой эффекта заключается в том, что работы Карла Даутендея стали в последние годы противоречивым и пока необъяснимым явлением на поле истории отечественной дагеротипии.

История российской фотографии – широкое пространство, пока еще полное белых пятен, и каждое новое исследование открывает новые и новые секреты ландшафта. Каждый выявленный предмет (дагеротип или фотография) способен в корне изменить всю систему сложившихся представлений. И этот увлекательный процесс изучения и ощущения сопричастности к предмету становится образом жизни для многих увлеченных исследователей, к которым бесспорно относится и Александр Китаев.

 

 

Анна Максимова, заместитель генерального директора Государственного музейно-выставочного центра РОСФОТО, руководитель редакционного совета издания сводного каталога «Дагеротип в России».

История жизни и творчества Карла Даутендея предстает перед нами как рассказ о приключениях талантливого человека, оптика по первой профессии, посвятившего свою жизнь фотографии. Его судьба описывается легким и лаконичным языком, а особый колорит повествования достигается за счет активного параллельного включения “контекста эпохи”: исторических справок, сведений из периодики и разнообразных высказываний современников.

Впервые читая заметки об истории российской дагеротипии – теме, чрезвычайно популярной у музейных специалистов в последние несколько лет, – не просто погружаешься в череду фактов, понятных только узкому кругу исследователей, но получаешь их интереснейшую интерпретацию от автора, хорошо знакомого и с историческими событиями, и с “магическим таинством запечатления”. Чтение главы за главой невольно увлекает “детективным расследованием”, точным и подробным анализом событий прошлых лет.

Возможно, сила производимого книгой эффекта заключается в том, что работы Карла Даутендея стали в последние годы противоречивым и пока необъяснимым явлением на поле истории отечественной дагеротипии.

История российской фотографии – широкое пространство, пока еще полное белых пятен, и каждое новое исследование открывает новые и новые секреты ландшафта. Каждый выявленный предмет (дагеротип или фотография) способен в корне изменить всю систему сложившихся представлений. И этот увлекательный процесс изучения и ощущения сопричастности к предмету становится образом жизни для многих увлеченных исследователей, к которы

Книга подробно знакомит читателей с биографией выдающегося петербургского фотографа и дагеротиписта немецкого происхождения на фоне описания истории зарождения светописи в Европе. При этом особое внимание уделяется мастерам, работавшим в Санкт-Петербурге.

Основой биографических сведений о Карле Даутендее стали недавно обнаруженные записки его соратника и шурина Павла Матвеевича Ольхина и книга воспоминаний, написанная на немецком языке в 1912 году его сыном – Максом Даутендеем, имевшим незаурядный литературный талант.

История жизни и творчества Карла Даутендея предстает перед нами как рассказ о приключениях талантливого человека, оптика по первой профессии, посвятившего свою жизнь фотографии. Его судьба описывается легким и лаконичным языком, а особый колорит повествования достигается за счет активного параллельного включения “контекста эпохи”: исторических справок, сведений из периодики и разнообразных высказываний современников.

Впервые читая заметки об истории российской дагеротипии – теме, чрезвычайно популярной у музейных специалистов в последние несколько лет, – не просто погружаешься в череду фактов, понятных только узкому кругу исследователей, но получаешь их интереснейшую интерпретацию от автора, хорошо знакомого и с историческими событиями, и с “магическим таинством запечатления”. Чтение главы за главой невольно увлекает “детективным расследованием”, точным и подробным анализом событий прошлых лет.

Возможно, сила производимого книгой эффекта заключается в том, что работы Карла Даутендея стали в последние годы противоречивым и пока необъяснимым явлением на поле истории отечественной дагеротипии.

История российской фотографии – широкое пространство, пока еще полное белых пятен, и каждое новое исследование открывает новые и новые секреты ландшафта. Каждый выявленный предмет (дагеротип или фотография) способен в корне изменить всю систему сложившихся представлений. И этот увлекательный процесс изучения и ощущения сопричастности к предмету становится образом жизни для многих увлеченных исследователей, к которым бесспорно относится и Александр Китаев.